logo

Пихты массово гибнут на Столбах

В прошлом году из-за уссурийского полиграфа деревья высохли на десятой части заповедной территории, в этом году площадь зоны заражения выросла в четыре раза.

Деревья гибнут и вдоль пешеходных троп, и на диких участках. Единственное, что могут сделать сотрудники Столбов – срубить сухие пихты вдоль пешеходных дорожек, чтобы обезопасить туристов. В буферную зону людей уже не пускают.

Зараженная пихта гибнет за три года, заливаясь слезами из смолы. Другого механизма защиты у нее нет, но против личинок уссурийского полиграфа он не работает.

Всего за год количество больных деревьев на Столбах выросло в четыре раза, а ведь пихта для Столбов – лесообразующая порода.

На Дальнем Востоке полиграфы помогают омолаживать леса. Но здесь – стихийное бедствие.

У сибирской пихты нет иммунитета к грибковой инфекции, которую разносит насекомое. В 2009 году руководитель центра защиты леса Владимир Солдатов не сразу поверил своему фитопатологу, который нашел уссурийского полиграфа на красноярской пихте. Это казалось невозможным.

Теперь заражена половина Сибири. Ученые говорят, что единственный метод борьбы с полиграфом – рубка свежезаселенных жучком деревьев. Естественных врагов у него в наших широтах нет, а с конкурентами, например, гусеницами коконопряда, которые тоже не прочь полакомиться пихтой, борются люди. Поэтому он здесь как в санатории.

На снимках со спутника зеленое море тайги вокруг Столбов становится серым. Пропорционально растет класс пожарной опасности, а каждая сухая ветка грозит без предупреждения рухнуть на голову туристу. Поэтому буферную зону закрыли для посещений, а вдоль туристических троп постоянно убирают погибшие пихты. Это все, что можно здесь сделать.

Чтобы уберечь Столбы от пожара, туристов просят не бросать на территории окурки и стекло – каждый осколок бутылки может стать линзой, из-за которой разгорится пламя.